Зейский районный суд рассмотрел иск, связанный с неосновательным обогащением, который был подан после смерти гражданина. Как сообщается на сайте Зейского районного суда, основное внимание дела сосредоточилось на действиях ответчицы, с которой умерший гражданин жил в гражданском браке с 2019 года.
После кончины отца в ноябре 2025 года его сын стал единственным законным наследником. Обратившись к нотариусу, он обнаружил, что с банковских счетов его отца были сняты значительные суммы, что и послужило причиной для подачи иска.
Ответчица, имея доступ к ПИН-кодам карт и телефону умершего, в день его смерти перевела на свой счет около 1,245 миллиона рублей. В последующие дни она продолжила снимать наличные, осуществив несколько операций через банкоматы в Зее, общая сумма которых составила 1,1 миллиона рублей.
Несмотря на то что женщина не отрицала своих действий, она аргументировала их тем, что средства на счетах были общими накоплениями, которые они собирали на покупку дома. По её словам, она полностью зависела от своего сожителя и не вносила средства на его счета, а все полученные деньги потратила на собственные нужды.
Однако суд указал на важный юридический нюанс: по закону права на имущество переходят к наследнику с момента открытия наследства, то есть с момента смерти. Следовательно, все средства на счетах умершего с ноября 2025 года принадлежали его сыну. Кроме того, суд отметил, что ответчица не уведомила банки о смерти владельца счетов и не имела законных оснований распоряжаться этими средствами.
Суд также отметил, что ранее, в июне 2026 года, Центральный районный суд Хабаровска отклонил просьбу ответчицы о признании её иждивенкой умершего, несмотря на подтверждение факта совместного проживания с 2021 по 2025 год. Это обстоятельство также подтвердило, что она не может считаться наследницей по закону.
Изучив банковские выписки и материалы наследственного дела, суд пришел к выводу, что ответчица перевела со счетов покойного более 2,34 миллиона рублей. Тем не менее, учитывая заявленные требования, суд вынес решение о взыскании с неё в пользу истца суммы в 2,1 миллиона рублей.